Sevench («Седьмой канал») — площадка, на которой каждый может рассказать о своем деле. Мы ждем ваши истории и кейсы! E-mail: info@sevench.ru

Артем Андросов: «Инвесторы устали от IT-стартапов»

IT-проекты — это «журавль в небе», а проекты из реального сектора — «синица в руках»

АВТОР: «ОПОРА РОССИИ»

Тема частного инвестирования становится все популярнее. Стартапы, венчурные фонды, бизнес-ангелы, Силиконовая долина, акселераторы, Uber, единорог лишь малая часть слов, которые вошли в словарный запас обычного россиянина. Почему так происходит, рассказал председатель федерального комитета «Опоры России», один из организаторов Всероссийской Ярмарки Инвестиций Артем Андросов. В свои 30 лет он имеет за спиной большой предпринимательский бэкграунд: это и студия автомобильного дизайна, и аренда спецтехники, и шиномонтажи, а с 2013 года он возглавляет компанию по производству мультитач столов SibTouch.

Артем Владимирович, по вашему мнению, почему в России растет интерес к рынку частного инвестирования?

— Я вижу две причины. Одна закономерно экономическая: спрос и предложение. Откуда спрос? Люди, которые заработали к своим 40-50 годам определенный капитал, справедливо хотят его сберечь и приумножить. Акции сейчас не приносят ожидаемый доход, к депозитам глупо приближаться. Приходится искать альтернативы. Кредитные средства почти недоступны даже крупному бизнесу, что же говорить о молодых предпринимателях с желанием работать?

Другая причина — мода. Сериалы о стартапах из Силиконовой долины, истории успеха Apple, Uber, Facebook. Идея быстро заработать миллиарды витает в воздухе и влияет как на инвесторов, так и на молодых предпринимателей.

Неужели все инвесторы ищут в России очередной Facebook?

— Не все. Давайте определимся с понятием «инвестор». Грубо говоря, инвестором можно считать любого человека, который размещает капитал с целью его приумножить. Поэтому, если вы решите купить квартиру для того, чтобы ее сдавать, а через пару лет продать на 30% дороже, то вы тоже считаетесь инвестором. Однако сегодня мы говорим о других инвесторах, тех, кто размещает свой капитал не в недвижимость, акции или депозиты, а в команды молодых стартапов. На этом рынке тоже есть несколько видов инвесторов: венчурные и частные инвесторы, их еще называют бизнес-ангелы. Так сложилось, что первые обычно надеются найти команду молодых ученых или программистов, создающих в гараже новый Apple или Facebook, и стать миллионером, вложив 100 тыс. рублей.

Венчурных инвесторов и фондов в России становится все больше и больше. Они лично, либо их представители, ездят по всем городам страны в поиске этих IT-проектов — бриллиантов. А далее мы наблюдаем на каждом первом форуме в стране 500-й вариант Uber для клининга, Booking для ремонта и так далее. Да, никто не спорит, история перспективная, но очень рисковая. Из 10 таких стартапов «выстрелит» в лучшем случае один.

Но есть еще частные инвесторы. Это не всегда профессиональные люди на рынке инвестиций. Это именно те, кто недавно стал искать альтернативу депозитам, недвижимости, акциям. Им обычно ближе к 50 годам. Они прекрасно разбираются в реальном секторе экономики, правилах, по которым он работает, потому что именно на нем они заработали свои 100, 200, 500 миллионов тогда, когда об IT еще никто не знал. Для них даже сейчас привычней увидеть на билборде рекламу, взять трубку и позвонить менеджеру в компании, а не искать в инстаграме, писать в директ, скачивать приложение.

Именно такие инвесторы приходят к нам на Ярмарку инвестиций и говорят, что очень устали от IT-стартапов. Когда одну и ту же мысль выразили 20, 30, 100 человек, мы с командой задумались, что нам нужно сосредоточиться на поиске проектов именно из реального сектора: производство, сельское хозяйство, услуги для населения.

В свои 30 лет Артем Андросов имеет за спиной большой предпринимательский бэкграунд: это и студия автомобильного дизайна, и аренда спецтехники, и шиномонтажи

Часто говорят, что будущее именно за IT. Разве обычные производственные бизнесы не умирают?

— А вы утром, когда готовите завтрак, собираетесь на работу, едете по городу, оглядитесь вокруг. Разве все роботы и искусственный интеллект производит? Посмотрите на Китай. Мы наблюдаем невероятный экономический рост в этой стране последние 10 лет. За счет чего? IT-технологий? Нет. Реальный сектор экономики, производство, на котором работают люди, а не роботы, представляют собой основу экономического роста Китая. И кстати, не последнюю роль в этом сыграла Россия, как рынок сбыта для них. Поэтому, раз уж мы говорим о будущем, не стоит забывать, что для любой страны, как минимум, экономическая безопасность зависит от того, производятся главные потребительские ресурсы внутри страны или за ее пределами и за чей счет это происходит.

Опять же, если вернуться к самим частным инвесторам, то они хотят инвестировать туда, в чем разбираются, в чем понимают, а значит туда, где меньше рисков. Для них главный фактор — реальная осязаемость бизнеса, в который они вкладывают. Им важно, чтобы они могли прийти туда со своими друзьями и сказать: «Я вложил в этот завод». Они готовы работать при низкой марже, понимая, что производство с 10-15% рентабельностью — это хорошо. У нас на Ярмарке очень много подобных историй. Например, один из участников хотел построить завод по производству сапропеля и занять рынок промышленных удобрений и почвообразователей на 10%. Инвестор говорит: «Давай я дам тебе 70 миллионов, и мы займем 50% рынка и выйдем на экспорт». Дал. Еще немного, и займут.

Инвестор в таком случае выступает еще и как наставник, как модно это сейчас называть, ментор. Он «собаку съел» на том, как правильно выстраивать производственные бизнес-процессы с прицелом на федеральный уровень. Вовремя подскажет, что нужно или не нужно делать. Поэтому в работе с частным инвестором большую роль играет межличностный фактор. В самом начале работы важно все четко обговорить, прояснив, насколько люди ментально сходятся, подходят ли друг другу в рамках ценностей, говорят ли они на одном языке.

Как такие инвесторы принимают решение в кого инвестировать? На что смотрят?

— Нет одинаковой модели. У всех свои критерии. Но так как в производственных стартапах все более понятно в отношении будущей бизнес-модели, в отличие от IT, где возможно множество пивотов (пивот — кардинальное изменение бизнес-модели в стартапе — прим. ред.), прежде чем выйти или не выйти на реальную прибыль, в первую очередь они смотрят, насколько команда понимает экономику рынка, экономику своего проекта, а также внимательно изучают команду: есть ли необходимая в нише экспертность, опыт. А также, как и все инвесторы, они смотрят в глаза, насколько они сильно горят.

Что ни в коем случае нельзя делать стартаперу в общении с такими инвесторами?

— Врать. Особенно, если ты перед такими инвесторами — они очень легко видят любое вранье, как щелкнуть пальцами. Если человек начинает завышать цифры, чтобы понравиться, 2-3 вопроса — и тебя раскусили. То есть распознать обман, когда ты говоришь, что в год лепишь 10 тонн пельменей, а по факту пять, очень легко. С IT-проектами иногда сложнее.

Иногда молодая команда просит ровную сумму. «Сколько тебе надо?» «10 миллионов». То есть, 10 миллионов возьму, а там разберусь. Инвесторы своим умом и трудом заработали деньги, они быстро считают, понимая, что такое экономика предприятия, что такое рентабельность, сколько стоит один работник на производстве, сколько он может выдавать продукции, как она двигается дальше, размер операционных расходов, риски и так далее. Поэтому в случае с реальным сектором неплохо было бы иметь классический бизнес-план и сделать его самому, а не на заказ, ведь это тоже сразу будет заметно.

Какие главные преимущества инвестиций в реальный сектор экономики?

— Самое главное преимущество — меньший риск. В России 90% бизнесов закрываются спустя год после открытия. Но почему? Отнюдь не потому что бизнес-модель не подтвердилась, а потому, что команде не хватило управленческих компетенций. Если инвестор вложит свои кровные, то он уж проследит, чтобы ребята не сделали фатальных ошибок. Кроме того, даже если что-то пойдет не так, как планировалось, всегда есть оборудование, помещение, то есть активы, продав которые можно выйти из проекта без убытков. Опять же, с IT-стартапами так не получится. IT-проекты — это «журавль в небе», а проекты из реального сектора, условно говоря, «синица в руках». Может быть, они и не масштабируются на весь мир за полгода, но это проекты, которые могут «кормить» сегодня.

Материал подготовлен пресс-службой комитета по молодежному предпринимательству ТРО общероссийской общественной организации «ОПОРА РОССИИ».

comments powered by HyperComments